Пивопсисимистическая трагикомедия

(учебное пособие по антиалкогольной пропаганде для начинающих)

  Место действия — Великая …. … А, впрочем, не важно. …  Шел февраль  3017 года. Генерал-губернаторы строчили парадные реляции, министры писали бравурные отчеты. Тайная канцелярия надзирала за согражданами и их нравственностью. Но, несмотря на весь оптимизм ситуации, глобальные достижения, титанические усилия правительства,  в государстве свирепствовали полнейшие  голод-разруха. Народ нищал, правящий класс богател. Пропасть непонимания и недоверия разрасталась семимильными шагами. Власть оказалась беспомощна и бессильна. Как сказал бы незабвенный, гранит ему пухом, классик марксизма-ленинизма, пролетарского интернационализма:

— «Верхи» уже не знали как рулить по-старому, а «низы»  уже «достало» жить по-новому.

… Необходимо, скромно заметить, что к тому судьбоносному моменту в жизни страны все «нормальные» идеи и ненормативная лексика исчерпались, «источник» коллективного разума иссяк, но всё равно ничего толкового, из этого «винегрета» на закуску, не получалось. … Нужно было что-то срочно менять или, опираясь на старый опыт предков,  испробовать традиционный подход  из арсенала крепкого «Антиоригинального» градуса, чтобы прекратить смуту. … По такому печальному поводу,  собрались «лучшие умы» из мудрецов, «честь и совесть» эпохи, лица нации из Думы Государственной. Сии «отцы»,  «маяками» в тумане истории, решили осветить-указать единственно верный путь выхода из кризиса, к здоровому образу жизни трудящихся.

Хотя, с имуществом — деньгами граждан было покончено вчистую, однако, в казне валюты на коренные реформы скопилось уже допраха. … Прогремел отчаянный клич:  «Незамедлительно тратить стабилизационные накопления, чтобы отогнать стагнацию и разогнать инфляцию»!

… Решили, хряпнув для храбрости, бодрости духа, по кружечке пенного,  стопочке горькой, смачно закусив бутербродом с икоркою, объявить, не мешкая, новый «крестовый поход» на главного врага и носителя всех бед государства. … На ПИВО!!!

— Господа! – бил себя в грудь гражданин Портвешкин. – Положение стало просто нетерпимым! Стоило только запретить водку, как из всех щелей бурным потоком хлынуло пиво! … Державный миноносец идет ко дну!

— Почему миноносец? – донеслось с дальних рядов. —  Что у нас уже других кораблей нет? Или, на худой конец, спасательных шлюпок с жилетами?

— Так живем же тысячу лет, как на вулкане, каждый день ходим по минному полю! … Всё ждем, когда рванет под палубой. … А жилетки с лодками уже давно скоммуниздили или скапитализдили. … Вот и лезем с горя в бутылку.

— Товарищи! – вопил депутат Краснобаев, забыв себя двадцатилетней давности. — Нация спивается! Молодежь гибнет! Реклама алкоголя свирепствует на улицах, бесчинствует по телевизору! В самое рейтинговое время транслируется! Вместо «Доброй ночи младенцы» мы вынуждены лицезреть все эти небритые морды Тарабановых, Солодковых, Кадушкиных футбольно-хоккейных, пацанов заКЛИНненых, медведей белых, богатырей пузатых, толстяков жирных! … Я уже, молчу о качестве. … Хочется поставить в пример наше бывшее «Жугулёвское»!

— Так с этого, государство миллиардные акцизные сборы имеет, поощряя, таким образом, производителя, пополняя закрома Родины. Промышленники, торговцы, милиция и мафия с продаж кормятся. … К тому же лишний «пар» выпускается. … Тогда, закономерный вопрос возникает: «Кто виноват в этой вакханалии, если всем выгодно»? – пробовал возразить одномандатник Опохмелкин. … Но остался в гордом одиночестве – рот оратору заткнули огурцом соленым.

Толпа загудела растревоженным ульем.

— Необходимо срочно принимать безотлагательные контрмеры. Идти в наступление!

—  Где же справедливость? … Где равные условия? … Где честная конкуренция?

— Давайте спорить! … Нельзя разрешать народу находу пить, где не попадя «за воротник закладывать»!

— Господа! … А запах?!

— Прошу ускорить процедуру импичмента. … Ик! … «Трубы горят».

— Наша партия против любого решения! … Требуем внести изменения в конституцию! … Государство в кризисе, а мы здесь ерундой занимаемся!

— Правильно! … Переведем вопрос из экономической плоскости в политическую. … Откроем дискуссию.

— Даёшь общенародный референдум!

— Извините, а кто за эксперимент отвечать будет? … Персонально. … Лично. … В постановлении, что запишем? … Каков вердикт?

— Выход есть! … Штрафовать надо беспощадно, рублём последним наказывать! … Ограничения бесполезны, ещё больше разгонятся! … Воспитывать начнем. Культуры потребления прививать. … Пусть качественное лакают, но под присмотром, в стойле. – выплеснул идею на всеобщее обсуждение Демагогов-Литроболкин, с удовольствием пересчитывая в кармане шуршащие спонсорские купюры от королей вино-водочных.

— Наша фракция большинства против полумер. … Предлагаю запретить ВСЁ, что ещё можно и пока не поздно!!! – вынес, головой не подумавши,  смертельный вердикт на голосование Председатель.

Ушат холодной воды подействовал, отрезвил спорщиков: кричи – не кричи, у оппозиции рук маловато, даже если поднимать обе связанные конечности. … Естественно, все были «ЗА», кроме несознательного Опохмелкина, нервно   пережевывающего огурец….

Кворум. … Решение принято.

Так, бесславно, завершилась очередная буржуазная революция…. И началась, волею рока, новая эпоха. … Над страной навис призрак Великой Осенней  Пивной революции….

Тревожная шифровка с загадочной фразой: «Условия созрели. Пора.», ушла по нелегальным каналам. … На Родину, из зарубежной командировки по обмену пивоваренным опытом, в срочном порядке, на скоростном экспрессе, в опломбированном СВ-купе, вернулся нелегально товарищ Бочкин. … В простоту такого решения народ верить категорически отказывался. Поползли самые нелепые слухи. … Иные источники  утверждали, что его  на самолёте тайно перевез отчаянный пилот-асс Ванька Тарабанов, прорвав в немыслимом пике ПВО страны в районе Кумачовой площади. Самые отчаянные болтали, что приплыл он к стенам древнего Кремля на  подводной лодке «Кайзер Вильгельм», потому как являлся немецким шпиёном. А финансировал весь этот проект неизвестный гражданин из Лондона, скрывшийся под псевдонимом Небаба. … Но это не важно, кто купюры отсчитывал, главное, что идеолог благополучно, живым-здоровым, добрался. И, … выступил с «апрельскими тезисами» плана вооруженного восстания пивоваров республики.  Однако, власть не дремала: вождь был подвергнут резкой критике «слева», «справа» и «из центра», предан опале, травле и остракизму. … Охота началась. … Возмутителю спокойствия запретили высочайшим указом, ближе чем на сто метров, приближаться к культурно-оздоровительным объектам, госучреждениям, школам, детским садикам. … Резервация! … Драконовских мер показалось мало. … Тогда наложили табу и штраф в евриках за появление на улицах, в местах общественных.   Жандармам отдали строжайший приказ изловить, схватить смутьяна-преступника, подвергнуть суду и заточить в тюрьму Бутылскую. Всех сочувствующих – немедленно отправлять в Сибирию, на каторгу. … Но, как говорится, «поздно пить «Боржоми», когда почки отвалились» … В стране установилось хрупкое двоевластие: «власть без силы, сила без власти»! … И «соображать на троих» в условия антисанитарного подполья никто не желал.

Перепробовав безрезультатно разные виды конспирации пива под соки, нектары и минеральную воду, пришлось руководителю переселится на весь теплый сезон в Разлив. … Якобинцы-заговорщики,  с кружечкой «темного», бокалом «светлого», всё лето разрабатывали теорию и стратегию пивного революционного движения, заметая следы пенного, упаковками из-под кефира и йогурта.  Лозунг «Вся власть Пивсоветам!», решено было до поры до времени, снять с повестки дня, как идеологически вредный, несвоевременный, потому что в этих самых «конторах» окопалась сплошная «гидра» и «контра» из сивушников-бражников, умело маскирующих водку под этикетками конфет и пряников. На расширенном заседании по дегустации, со множеством сортов-оттенков напитка янтарного цвета, доброго-доброго по натуре, медового по вкусу, после второй бочки, пришли к выводу, о необходимости срочной организации в стране Партии Поклонников Пива (большинства) – ППП(б)! Накатив, для храбрости, ещё по бокальчику, выработали устав и «программу — минимум», жахнув вдобавок, для бодрости, ещё по бутылочке, утвердили «программу – максимум»! А как приняли на грудь крепкого, так сразу созвали, под видом пикника буржуйского, внеочередной съезд новой партии. В Центральный Пивной Комитет (ЦПК) избрали самых верных, «твердых», надежных товарищей: Захмелевского, Тизькова, Тарабанова, Солодкова, Пугачева-Разина, Мартовского-Майского и примазавшегося Жугулёвского. Генсеком выдвинули товарища Бочкина, который в целях конспирации, принял «на грудь» псевдоним Кадушкин.

Отметим ради правды исторической, что товарищ Кадушкин всегда был лицом строго  засекреченным соратниками ради интересов сохранения ценных рецептов брожения-выгонки, коварного опьянения революционными лозунгами.  Маскировался хитро под личиной Дижкина, Лоханкина, Корытова, Ушатова в лесах таёжных, пивнушках Лондона, Брюсселя и Женевы.  Поэтому и был неуязвим от всех врагов-недругов, приверженцев более крепкого градуса. … Кстати, сим недугом паранойи навязчивого похмельного преследования страдали все соратники и брали другие фамилии ради благозвучия. … Вот, к примеру, господин Тифлисский стал товарищем Жугулевским. … К слову: суть внутренняя, приводящая к деградации личности, циррозу печени и исходу летальному для всех продукт потребляющих, от перестановки букв не менялась….

После «догонки-шлифовки» бархатным, долго спорили по вопросам теории перманентной революции. И пришли к коллективному выводу помутившегося разума, что у нас не «прокатит» вариант «розовых», «каштановы», иных «цветных» переворотов. Менталитет не тот. Всё, как не единожды случалось,  закончится гигантской пьянкой, массовыми мордобоями с покалеченными и трупами. …

— Не за личную же шкуру  бьёмся!

— За великую «идею» сражаемся!

— Свой хмельной курс, секрет солодового брожения ищем, беспощадно и кроваво!

— Верно говорите, товарищи! Трезво мыслите! … Мы попрём своим путём! … Но попрошу, прения не затягивать, переходить от пустой пенной полемики к реальным, наполняющим  действиям. … Ну, за рождение новой партии! – подытожил Кадушкин дискуссию.

Однако, по наВОДКЕ провокатора Бражникова, полиции удалось обнаружить тайное место сходки «туристов-путешественников». Нагрянули жандармы,  японские городовые, и вождю пришлось срочно «делать ноги» по льду Финского залива. Прижав к груди членский билет общества № 0001 и томик указаний от «Дряхлого мельника», наш герой эмигрировал в соседнюю Лапландию, где по слухам из Европейских источников, мирно, без резни и бунта, резко упали цены на все крепкие спиртные напитки и пиво пенное,  уживались без противоречий, в вопросе потребления, полнейшая демократия, свобода,  равенство. … Опыт цивилизованного общения, однако. …  Да, там, у гуманистов, было где разгуляться мятежной душе, но … оскорблённое Отечество  звало героя с неотвратимой силою….

Пришлось, правда не без уступок в будущем, с помощью забугорных друзей по идее, «Хельстерн с ним» и «Карлмарксбергсона», пробиваться через Польшу-Германию, в страну, где уже разгорался пожар революции. Генсек, был  парень не промах, поэтому притащил с собой целый эшелон импортного «Амстерва» и газеты «Красный зубр» с бесплатной плакатной рекламой тысячи сортов пива, чтобы с помощью этой «искры» раздуть недовольство трудящихся-пивоваров, подкинуть ещё «дровец» в костер гнева народного. … На Н-ском  вокзале, переименованном по этому случаю, в Финляндский, Кадушкина-Бочкина встречала восторженная толпа мятежно настроенных матросов от Балтики. Нулевой батальон бескозырочников, как самые трезвые и устойчивые в вертикальном положении, бдил в оцеплении, охраняя вождя трудящихся, с его  бесценным «Капиталом», от беспредельщиков из «Общества защиты трезвости от алкоголиков».  Бутылки с пенным, тут же, обходя запрещающий закон, заворачивали в газеты и распространяли в кульках среди пролетариата в качестве агитационно-пропагандистских материалов. … Все охотно «читали», и немедленно требовали выдать дополнительную порцию «листовок», чтобы ещё раз «закрепить», «проштудировать» и «законспектировать». … Толпа страстных «библиофилов», примкнувших к ним «библиоманов», примазавшихся сочувствующих «буквоедов», росла, как на дрожжах. Вскоре, от огромного потока «информации», язык еле ворочался, ноги не слушались:  «шаг вперёд», сменялся «двумя шагами назад». … Неожиданно на трибуне появился пролетарский поэт Сладкофф-Карамелькин и, грохнув по микрофону   кулачищем, строго, но честно предупредил:

— Это, кто там ещё шагает «правой»?

Ща, мозги-то быстро вправим!

Ряды сразу выпрямились, протрезвели, сомкнулись.

Аккурат в это время, в цитадели восстания, Столицсовете, соратники по ППП(б), изгнав мэра с командой, организовали Штаб Пивной Революции. … Градоначальник не стерпел такого униженья, арендовал чугунную бригантину у предпринимателя Петра Алексеевича Романова и отплыл в вотчину Кока-Кольского. … События разливались стремительно. … Лавина рвала все препятствия. … Срочно был образован Пивной Революционный Комитет (ПРК) и Центральная Дегустационная Комиссия (ЦДК). В спешном порядке мятежники выдвинули ультиматум Временному правительству: «Немедленно снять все табу, ограничения на рекламу, распространение  продажу и потребление пива!». … В ответ – растерянное молчание, как знак согласия и безоговорочной капитуляции.

Но эти пожарные меры уже не спасли катастрофическое положение. … Пенной волной пошла неуправляемая цепная реакция. … Народные массы, «разогретые» до нужной кондиции «агитками» Кадушкина, кинулись громить ликеро-водочные заводы, опустошать винные склады, брать в свои руки пивоваренные компании.  У обороняющейся стороны была ещё маленькая надежда на то, что толпа ринется атаковать телефон, телеграф, интернет, вокзалы, банки, министерства, театры, библиотеки. Тогда переворот, точно, успешно захлебнулся бы культурным наследием, но с потерей стратегического резерва нации – запасов вина и водки, все окончательно поняли: сметут! Никакой Рембрандт не поможет. …. Сотовые аппараты, электронная почта и книжки Пушкина с Лермонтовым, как пережитки  отсталого, застойного  прошлого,  никого не интересовали. …

— Кидай имущество!

— Выпрыгивай в окна, пока не выбросили!

— Спасайся, кто может!!!  Конец уж близок.

Депутаты и Правительство, оставшись в меньшинстве, спешно эвакуировалось в Белый Дом под прикрытие пулеметов женского батальона «Смерть пиву!»  от партии «Бабы Отечества», и штыков юнкеров-малолеток «Идущих вместе» в том направлении, куда «пошлют» старшие. Иных «защитников» прогнившего режима не нашлось. … Напряжение градуса борьбы нарастало с каждым часом: хмелевое превращалось в крепкое и забродистое. … А с ними, без закуси, после второй фляги, шутки плохо кончаются для всех «юмористов» и «критиков». … Вождь, отхлебнув в конспиративном кабачке пенного напитка, изрек историческую фразу:

— Крепитесь, товарищи! Нельзя быть для капиталистов и помещиков Добренькими! «Мочить» надо всех беспощадно в браге, а не сопли размазывать лимонадные! … Вчера было рано, завтра – поздно! … Скиснет пивная революция! … Надо начинать восстание сегодня вечером!

Скромно, но категорически, отказался от предоставленного мерседесовского броневика.  И под видом больного страдающего жутким похмельем, обмотав голову сырым полотенцем,  смело выдвинулся на метро, к Штабу Революции. … Проскочил незамеченным для полиции. … Мало ли по государству болтается всяких алкоголиков? Если всех хватать, народу на улицах не останется. Пьянство – проблема глобальная, «детская болезнь левизны» национальная с буйством, бунтами и погромами. … Неизлечимая….

ПРК, воодушевленный прибытием руководителя, дал отмашку к штурму:

— Пора решительно и бесповоротно «кончать» с этими буржуазными Шампанскими, Коньяками и элитными Водками….

… Началась большая охота. … «Три Силача», в чешуе тараньки, как жар горя,   лобовой атакой захватили горбатый мостик у дома правительства и отчаянно молотили шлемами по брусчатке, отвлекая внимание врага. В этот момент подтянулось ополчение из «Яростного пива», внеся позитивную, янтарную  струю. Подошли отряды солдат и рабочих, вооруженные «арсеналом» с  неиссякаемым «боезапасом». … С этой минуты стало ясно, что всё оружие перешло в руки трудящихся. … Вскорости, подвалили толпы казаков-крестьян от разбойника Стеньки Разина. Подъехал полк «Здоровяка». «Белый Топтыгин» сидел в засаде, опасаясь, не безосновательно, за своё здоровье, из-за выбранного когда-то  неправильного по цветовому и видовому решению, зоологического «брэнда». Где-то, на подступах к столице, застряла дикая дивизия «Блинского». … Во, блин! … Их ухитрились споить ершом шпионы-диверсанты  контрреволюционера Кагорского. На выручку братьям по классу послали самых смелых, умных, настойчивых борцов, которые с трудом, но могли ещё «шевелить копытами», с пеной на бровях передвигаясь за идеалами «левого дела». В реку вошел броненосец «Очкаковский» и из головного брансбойта пальнул струёй холостого безалкогольного по цитадели контрреволюции. «Три Силача» вынесли бревном чугунные ворота. Армия, в порыве энтузиазма, побросав винтовки на землю, с «голыми» кулаками  пошла на штурм Белого Дома. … Юнкеров закидали пустыми бутылками. Женщин разогнали матами. Бедные «Бабы Отечества» с криками отчаяния, разбежались по кухням, со страхом ожидая возвращения своих восставших, не совсем трезвых мужей. Остальные «защитники» были мертвецки пьяными и не оказали никакого сопротивления.…

К полуночи всё было закончено. … Здание захвачено, Временное правительство газовиков-нефтяников низложено, Государственная Дума разогнана. Всех министров и депутатов, по старой народной традиции, отправили под конвоем отрядов моряков-капитанов Балтийского и Невского на заточение в крепость имени «Петера и Павла» бывшей столицы империи. Однако, главе временных чудом удалось выскользнуть из кольца окружения, переодевшись в платье мадам Козлявкиной,  прикрывшись наглым образом, личиной старой боевой подруги новоиспеченного наркома Тарабанова….

Кадушкин-Корытов, в сопровождении членов Центрального Пивного Комитета, отправился  в Большой Кремлевский Дворец на Съезд Советов Пивоваров.  Лозунг «Вся власть Пивсоветам!» снова встал на повестку дня и был реабилитирован под гул всеобщего одобрения. … Дума и земства – ликвидировались. Вытрезвители закрывались, до особого распоряжения. Все препятствия для строительства нового общества были ликвидированы. … Теперь, каждый рядовой пивовар, в любом состоянии, мог управлять  государственным кораблем, крутить, куда поведет, штурвалом на капитанском мостике и крыть почем зря азбукой Морзе плохих эксплуататоров. … Вождь, подняв над головой кружку пенного, провозгласил тост за победу Великой Осенней Пивной революции, образование первой в мире Советской Пивной Федеративной республики (СПФР) с перспективами Светлого будущего, но с опорой на положительное Тёмное прошлое. Как и положено в таких случаях, под гул всеобщего одобрения, единогласно был принят декрет «О дегустации пива народами вольной республики», который отменял все предыдущие драконовские законы.

— Имеются возражения по тексту, товарищи?

— Нет замечаний!

— Тогда принимаем сразу в трёх чтениях, и переходим от теории к практике. … Ну, разливайте, товарищи! … Ура!

… С салюта начали, фуршетом закончили!

На Кумачовой площади, под полковой оркестр, бой курантов, был установлен первый революционный памятник: Огромная «Золотая кадушка», стоящая на спинах «Трех Топтыгиных». Постамент заменяли надгробные гранитные плиты. … Знамение свыше! … Отомстили! … В Гостином Дворе с помпой открыли  выставку «Пиво свободной Федерации». Очередь жаждущих выстроилась аж до театров Большого и Малого академических, но … спиной в обратную сторону. На «Лебединое озеро» посмотреть, «Братьев Карамазовых» поглазеть, никто лишнего билетика не спрашивал. Всех больше интересовало пенное море  разных номеров и крепости. По этому поводу даже лозунг повесили: «Нет таких крепостей, которые не могли бы взять пивовары!».  … В Палатах белокаменных  засело правительство Совета Народных Пивоваров, во главе с всенародно избранным на президиуме Поллитрбюро ЦК ППП(б), президентом Кадушкиным. Старые, отжившие своё хоромы, соборы за зубчатой стеной, снесли динамитом, к едрёной фене, чтобы не закрывали обзор и не мешали строить Коммуну.

Новая Конституция закрепила власть за ППП(б), как единственно правильной, главной, направляющей силой нашей эпохи. Ей же, навечно, передавались вся законодательная, исполнительная,  иная власть в государстве, титул «ума, чести и совести». Высшим органом был признан Съезд Народных Пивоваров, в его отсутствии страной должно было управлять Поллитрбюро. В последней главе провозглашался вечный союз Партии Пивоваров с пролетарской таранькой, крестьянскими сухариками и интеллигентской селедкой. Законом о символах власти было утверждены новые регалии государства. Знамя – желтое полотнище, с перекрещивающимися в верхнем левом углу, воблами. Герб – колосья ячменя с развесистыми ветвями хмеля, обрамляющие пивную бочку, увенчанную золотой короной, увитые гирляндами  леща сушеного. В Гимне музыку оставили от прежнего композитора (очень уж всем она нравилась), но слова поменяли в соответствии с новыми реалиями: «Гоп! Гоп! Гоп! Чида, гоп! Мы весело сПИВ-а-е-м …СЯ!».

Но коварный враг не сдавался. Да и в стане победившей ППП(б), после «опьянения от первых успехов», начался раздрай и отрезвление, отход отщепенцев от «рецептов» генеральной линии. … Грянула пивная гражданская война. … На сторону свергнутой власти, флагманами, встали генералы с «белыми» армиями. Для успокоения разбушевавшегося народа выкатили телегами «Столичную», «Русскую», «Кремлевскую», «Смирновскую», «Гжелку», «Старку», «Зубровку»…. В столицах зрел контрреволюционный мятеж подпольных производителей контрафактной табачной продукции, портвейна «Три стопаря» и стеклоочистителя «Снежок» на древесно-стружечной основе. … Наступление реакции шло со стороны Большого Камня, холодного моря и загнивающего запада. В провинции вспыхнули восстания местного разлива. «Белый интернационал» поддержали демпинговыми поставками Молдавских вин, Грузинской чачи, Украинской горилки, Среднеазиатской араки, Крымских крепленых, Армянских коньяков. Бывшие зарубежные друзья-соратники — «Хельстерн с ним», «Карлмарксбергсон», «Бавари-бухнём», «Эфес-Пилсец» «Левка Браун», «Редкий загулз», выдвинули ультиматум: «Кадушкину и компании с трона убраться! Снизить цены, освободить территории и открыть для импорта свои рынки сбыта! В случае невыполнения жестких требований  — интервенция!» … Вождь от неожиданности возражал вяло. Бросил в массы лозунг: «Ни пивного мира, ни водочной войны! Армию распустить! Границы открыть!». Охотно согласился на частичные уступки конкурентам. Боялся, под давлением цен, качества и упаковки «пенной волны» интуриста, упустить все рынки, потерять неограниченную власть, разорится и обанкротится. Предложил, под напором «Чеховского» пивного мятежа на территории подконтрольной «Таёжной  папахе» и «Жугулевского», подписать товарищу Солодкову акт об ограниченной капитуляции. … Акции его компании на биржах покатились вниз. … Центральный Пивной Комитет, во главе с товарищами Захмелевским, Тарабановым и Тизьковым,  сколотил оппозицию и требовал не идти на уступки интервентам. «Левые» «настаивали» ввести эмбарго на импорт и проводить  протекционистскую политику. Улучив момент «шатанья», неуверенности в стане пивоваров, «Бавари-бухнём» заключило тайный союз с националистами «Обой Лёней» и «Славой Уткичем», оккупировало демпингом всю южную и западную окраину. Остальные захватчики накинулись на север и восток. Пользуясь всеобщим «брожением», в бой за «самостийную» власть вступили банды криминальных самогонщиков, неуправляемые отряды кулаков под командованьем «Синепузоффа», казаки и анархисты-синдикалисты отщепенца-беспреднльщика Степашки Разина.

ЦК Пивоваров объявил о переходе к Пивной Диктатуре, урезал нормы потребления ячменного, издал постановления об образовании Рабоче-Крестьянской Пивоваренной Армии (РКПА), всеобщей мобилизации людских ресурсов на фронт. Для борьбы с внутренним врагом и оппозицией была создана Всероссийская Пивная Чрезвычайная Комиссия (ВПЧК) во главе с твердым, раскаявшимся  партийцем товарищем Тарабановым. Ревизионистов до смерти запаивали хмельным напитком и ссылали на пивоваренные заводы искупать честным трудом вину перед властью. Председатель ВПЧК сразу поставил «вопрос ребром»: «… «Пить» или не «Пить»? А кто не «Пить», тот в могиле спить! … ». И под это «дело» пивного антитеррора,  по случаю, «пустил в расход» «Смирнова», «Романова», «Распутина». За одно, «поставил к стенке» помещика Козлявкина, как пособников царя и Временного правительства. А его мадам «шлёпнули» за покушение на вождя Пивоваров. … Этого оказалось недостаточно. Вождь сделал Председателю строгое предупреждение с занесением выговора в учётную карточку и потребовал расстреливать за каждого убитого пивовара по сотне попов. На недоумённый вопрос:

— За что «мочить»? … Какое  «дело шить» будем?

Дал решительный ответ:

— Они пролетариат «Кагором» спаивают! А это – «опиум для народа»!

— Нет проблем – патронов много. … Начнем непримиримую борьбу с наркоманией. … «Ломать» будем.

Приказ выполнили, попутно разгромив, разрушив идеологические антиподы материализма — храмы с церквями. … Но вместо благодарности президент Кадушкин в очередной раз «надрал уши» наркому Тарабанову: «Плохо, батенька мой, работаете!». … Тогда Председатель ВПЧК начал «бомбить» и «крошить» всех подряд: и своих и чужих. … Успехи налицо! … Остатки «неблагонадёжных» согнали в тюрьмы и карцеры.  Остальных, кто еще твердо стоял на ногах, как пробку из-под шампанского, «вышибли» за границу. … Короче, исправился….

Началось триумфальное наступление Пивсоветской власти. Революционные «Нева» и «Балтийское», провели рекламную компанию, пообещав за мешок пробок каждому трудящемуся в подарок бесплатную карету, пустой кошелёк и семь грамм свинцовых примочек на опохмелку. Конкурентов разорили,  захватили рынок некого города С-П, утопили в пене мятежный матросский остров.  «Здоровяки» оккупировали центр «Блинское» взяло под контроль северо-запад. «Красный Восход» громил басмачей в Азии. На реке — матери всех рек, стойко обороняло Царьград «Жугулёвское». За Большим Камнем супостатов сокрушала «Таёжная  папаха». … Эти парни оказались — не промах. … Быстренько создали Дальнетихоокеанскую Суверенную Автономную Пивную республику,  начали скупать за бутылки пенного напитка все соседние земли и голоса электората.  Товарищ  Захмелевский был отозван из отпуска и брошен на юг.  Вместе с двадцатью шестью Бокальскими профоргами он придушил жалких «контриков» между горами и стал новым супергероем книжных боевиков. Командарм Солодков тоже преуспел в подвигах, наградах и рекламной популярности в армии. … Это была  роковая ошибка его последней пиар-акции: Жугулевский-Тифлисский никогда не прощал всяким «выскочкам» таких выкрутасов, грубого демпинга и дешевого популизма чужой «марки». … Вызвал своего зама по тылу, завхоза Клима, намекнул туманно,  ненавязчиво, но твердо:

— Ну что, казак, решил я бросить тебя на животноводство. … Му-му, ты наш. … Пора «сенокос» начинать. … Клин из мозгов «Блинским» вышибают. … Однако  спешить с уборочной страдой не будем: сусло должно дозреть, выстояться, чтобы уж наверняка с ног валить. Так и объяви народу: «Часы бегут, время летит,  мы ждем». … Наш паровоз вперёд летит, а они, при головокружении от успехов, пусть с плакатами бегут спереди. … Когда-нибудь допрыгаются до цугундера или в бочке с пивом случайно захлебнуться….

К исходу третьего года боёв, Пивовары общей гурьбой навалились на  «Абрама из Дюрсо», вскоре добили виноградного вредителя в Тавриде, полностью уничтожив коллекционные мускаты, и послали всех к … хересу. … Когда страна благополучно захлебнулась в разношерстной «толпе» пива, водки, вина, коньяка, самогона, гражданская война закончилась. … Пришло время сдавать пустую тару….

Гений Кадушкина бросил новый кличь:

— Все на пивооптимистический субботник и зачистку территории от бутылочного мусора!

Почистили многих и основательно. К тому же, полки магазинов безнадежно опустели. Деньги печатались вагонами, выдавались мешками. Начали менять народное достояние — золото, драгоценности — на хлеб. … Свежо предание. … Первое бесследно исчезло, второе так и не появилось. … Видя, что толку нет, перешли на карточки. Но в животе от этого еды не прибавилось.

Вот и наступила обещанная Пивная Коммуна. … Что здесь было «нового», непонятно? Эта политика на подотчетной территории проводилась издревле,  и никогда, ни при какой власти, не менялась. … Пивовары приходили-уходили, стратегическая линия – «Всё и всех продадим за бутылку «Таёжной папахи» — сохранялась незыблемо!  … Вожди не должны нуждаться ни в чём, а народ  потерпит.

Началось строительство государства…. Кадушкин почему-то, то ли от протрезвления: «Чего натворили?», то ли от безысходности: «Куда теперь? Дальше – пропасть.», заскучал, заболел. Трудился в основном на больничной койке, хотя рукопожатие, как гласила молва, было ещё «крепким». К «рулю» прокралась тройка «правых» перевертышей-ревизионистов в составе «Вермута», «Портвейна» и Денатурата. … Работать, пахать победивший класс не хотел, а только занимался реквизицией остатков ликеро-водочной продукции у недобитых буржуев, запасов ячменя, у жирующих на горе бедняков, кулаков и барахла у уцелевшей интеллигенции. … Снова начался отстрел. … Массы стали роптать: где обещанный рай? … Поэтому вождь провозгласил отход от политики Пивного военного пофигизма с жестким ценообразованием к очередной Новой экономике пивоварения (НЭПу) и  льготному тарифу с невообразимыми скидками. … Принцип простой: варят одни «дураки»,  потребляют и закусывают другие — «умные», у которых нет денег, но имеется маузер. Потом, насытившись, вторые елозят об стол харями первых. … Бартер: жизнь или кошелек.

Однако, противоречия в ЦК ППП(б) уже зашли слишком далеко. … Учет и контроль отсутствовал. … Каждый пивовар хотел захватить весь бескрайний рынок. Пока соратники выясняли отношения с помощью теории, хитрый, коварный товарищ Жугулевский потихоньку прибирал власть над пивзаводами в свои руки на практике. Председатель правительства Бочкин-Кадушкин, видя такую вопиющую несправедливость, написал завещанье, где заклеймил товарища Жугулевского позором низкого качества, обозвал его диктатором,  потребовал отстранить от управления государством и лишить всех должностей в Совете Директоров и Инвестиционных фондах. …  Неожиданно вождь … умер.

Очередного «гиганта мысли», но не «отца демократии», законсервировав в спирту, похоронили на Кумачовой площади, рядом с мавзолеем предыдущего «титана», построив грандиозную пирамиду из мрамора, увенчанную фамильным гербом его пивоваренной компании. А нетленное  «учение про пивоварение» пропечатали в книжках, объявили вечным, потому что оно было «единственно правильным». … Так это или не так, никто до сих пор не может дать ни положительного, ни отрицательного ответа, потому как ещё не нашлось в мире такого вундеркинда, который от корки до корки пролистал бы все эти толстые тома рецептов от головной боли. Обычно валятся с ног после первых же страниц классика. … Но цитатами, по разному поводу и без его, в своих корыстных  целях,  многие пользуются не одно столетие. Уж больно опьяняет, «крышу» сшибает, с ног валит, и несёт, несёт, несет. … Куда только разных-всяких «пивоваров» не выносили «вперёд ногами», после таких экспериментов…. Иные и за океан драпануть пробовали, но их и там, ледорубами по башке, достали.

Товарищи по борьбе, игнорировав завещание классика, перешли, от греха подальше,  к традиционной монополии с револьвером у виска, о чём впоследствии, кому удалось выжить, глубоко жалели и раскаивались. … К власти в государстве пришел товарищ Жугулевкий кавказского разлива. Он приблизил к себе ВПЧК, преобразовав ее в Наркомат Внутренних Пивных Дел (НКВПД). Послал, куда подальше, народ, ЦПК, Поллитрбюро, СНПК, РКПА …  на три буквы. Нарком Тарабанов, когда узнал, что эти «три буквы» совсем не «рай» обозначают, скоропостижно скончался.  Командарм Солодков, Комиссар Захмелевский, «по случайному стечению обстоятельств», тоже отошли в мир иной. …  Померли неожиданно. … То ли из-за «козней врагов», то ли ввиду «тяжёлой продолжительной болезни».  … А это «куда подальше» стали называть Главным Управлением Лагерей Пивоварения-Перевоспитания (ГУЛАГП-П),  и размещался сей мамонт волосатый на Соловьиных островах, на Северах, на полюсе холода северного полушария. НКВПД, презрев моральные условности, донес пивные традиции до каждой отдельно взятой семьи, военноначальников, рабочих, крестьян, интеллигенции, в каждый уголок необъятной державы. … Всех помнили поименно. Никого не забыли, не обошли «заботой и лаской». … Большинство соратников по партии, с их «неправильным» пивом, были объявлены «врагами народа», нарушителями ГОСТов, ТУ, отравителями, вредителями, «правой» и «левой» оппозицией. Разные торговые марки были запрещены к употреблению, подлежали немедленному уничтожению на свалке истории. В стране, по новой конституции провозглашалась Диктатура Тифлисского-Жугулевского и папирос «Белый мор канал». Хотя САМ предпочитал «Киндзмараули» и «Герцоговину Флор». СФПР преобразовывалась в Союз Пивсоветских Пивоваренных республик (СППР), но «советов» никто, ни у кого больше не спрашивал. Приказ начальника – закон для подследственного. Всё решал «Хозяин». Соответственно, в связи с новыми веяниями, партию переименовали в Коммунальную Партию Пивсоветских Пивоваров (КППП). К гербу добавили земной шарик и лозунг: «Пивовары всех стран, объединяйтесь!». Обещали мир, труд, май, землю, а дали виновизацию, водковизацию, похмелизацию с пивной культурной революцией. … Наконец-то, сбылась вековая мечта местного мужика – каждый получил свой надел размером метр на два.  … «Пить стало лучше, пить стало веселей!». … Народ прочно посадили на идеологически правильные «Жугули», а иных, просто, … «посадили» … навсегда. … Во всяком случае, никто «оттуда», с «того света», с рассказами о сытной коммунии не вернулся….

Потом была Великая война с «Бавари-бухнём». … Жахнули напару – земля содрогнулась! … Те «революционеры» от пенного, тоже устроили у себя на родине «пивной путч» и кинулись утверждать мировое господство своего пойла. Но народные масс, «вдохновленные» рекламной кампанией и лозунгами «Жигулевского», пить чужой напиток категорически отказались. В знак протеста переименовали Царьград в Жугулёвград, и под этим великим городом сломали хребет конкуренту. Добрались до «логова» — раздавили «гидру». Вскоре сам «Хозяин» умер. Его время было заклеймлено, как культ одной пивной личности с некоторыми перегибами, но правильной стратегической линией. Старый жугулевский напиток, в целях увеличения свобод, разбавили «Бархатным» и «Ячменным колосом». Кое-кого амнистировали. … Этим ограничились. … Добрый народ всё стерпел и в сто первый раз безмолвно взялся за лопату: рыли окопы против нового заокеанского врага.

К власти поочередно приходила горилка, в разных вариациях,  днестровские  вина. Водку реабилитировали, восстановили в попранных правах и гражданском положении. На радостях эти «товарищи» организовали в стране полную алкоголизацию и беспробудное пьянство. … Да, весёлое было времечко…. И совершенно напрасно его прозвали «застоем». Не верно это! Ошибка грамматическая. Надо было  писать «Застолье» или  «Запой» во всех документах партии и правительства. … Налицо, прогресс наблюдался гигантский: обгоняли семимильными шагами по потреблению декалитров на каждую душу населения Англию, Францию, Германию, Италию вместе взятых. Безмерно этим гордились. Ещё и негров споить умудрились.

Вскоре, однако, на трон взобралась минеральная вода. … Терпелка лопнула. … Пьянству объявили смертельный бой, со всеми вытекающими отсюда последствиями: виноградники вырубили, ячменные поля вспахали, пшеницу, песок и дрожжи «замесили». Перешли на поталонную выдачу хмельного зелья.  Все, от чего несло перегаром, запирали в кутузку! … Хотя, эмбарго можно было уже и не накладывать, потому как с сырьем для производства этого «всего самого» и закуской, было покончено полностью и окончательно. … Разрозненные остатки «здоровых сил общества» объединились в мощную коалицию, и во главе с Тройным одеколоном, Самогоном, Брагой, Денатуратом,  клеем «Момент», ушли в глубокое антипивсоветское подполье. Подрывать остатки фундамента власти Пивогонов-трезвенников. … Положение с выпивкой стало катастрофическим, зато на кладбище работы прибавилось.

Неожиданно, как черт из бутылки, на авансцену выскочил ГКЧП (Государственный Комитет Чрезвычайного Пивоварения). … Хотели  спасать, но с «градусом» переборщили, и сами загремели в «трезвыватель». …  СППР сам собой развалился на отдельные суверенные части – каждый решил пить своё «зелье», и похмеляться в гордом одиночестве. … Когда «душу отвели», «оторвались по полной программе», начали «месить-метелить» друг дружку  всем подряд, что под руку попадётся. … Выражений не выбирали. … «Раз пошла такая пьянка» — «вали» подряд или тебе башку оторвут.  … Над страной снова навис призрак пиво-водочной гражданской войны.

Государство, где-то в районе 3093 года, уже под «крышей» иных Пивоваров, опираясь на импорт зарубежного пенного,  крепкого сорокаградусного, но с традиционной ставкой на прошлые «ценности» и внутренние резервы,  восстало из небытия истории в Пивную Федерацию. … Новоиспечённый Президент, что вдохновляло, «этим делом» не брезговал, а даже дюже уважал и никогда не отказывался от  … «идеалов». … Знамя сменили на нейтральное синее (пейте – до посинения!), воблу оставили как символ уважения мнения трудящихся. Конституцию перекроили по лекалам демократии: пиво растиражировали, уравняли в свободах и плюрализме всю алкогольную продукцию. Под это дело, и календарь с «красными» датами быстренько перекроили. … Если уж начинать жизнь с ноля, то – полного! … Долго не думали – вычистили все карманы и денежные сбережения трудящихся: инфляция, мол, «съела» остатки скудной наличности. … А что не «съела», то в частные, то есть свои руки, «умно», вовремя,  прихватизировали.… Герб поменяли. … Приняли новую редакцию. То ли с буржуазно-демократического штандарта начала века, то ли с императорского знамени, то ли с этикетки старый царский герб перерисовали в знак примирения-согласия политиков Пивоварения и королей Водочных. … Красотища! … Плюс — ещё один дополнительный праздничный, выходной день и повод у народа выпить. … Минус – «естественная убыль» миллиона населения в год и полное отсутствие того, на «что» выпить. … Ничего не скажешь, «грамотная математика» … По поводу гимна, после многочисленных споров за праздничным столом, пришли к консенсусу. Оставили музыку в покое. Решили здраво: пусть песня, «нам строить и жить помогает», а слова нужные всегда подберём!

В государстве воцарилось полнейшее свободопитие и возлияние. Все полки в торговых точках оккупировали пиво, водки, настойки, наливки, коньяки, портвейны, вина, вермуты, самогонка, самопалка, одеколоны, лосьоны, политуры и денатураты. … Многие «старые знакомые» вышли под новой маркой … косметики,  парфюмерии, минеральной воды или конфет-сладостей. … Широко открыли двери друзьям зарубежным и будущим хозяевам: виски, шнапсу, тэкиле, брэнди, коньякам, заморским винам. … Выбирай, в соответствии с традициями демократии, что кошелёк позволяет! И, главное, дружище, ни в чём себе не отказывай!  … Нации пришел полный п…ц.

… Да, памятник на Кумачовой площади помните? … Так вот, его не тронули. Только немного акценты и  дизайн поменяли: тепереча «Кадушка Золотая», наполненная не пивом, а нефтью,  внизу оказалась, а «Трех Топтыгиных» на неё сверху усадили. … Главное, была бы «бочка», не важно с чем, а уж взобраться на пьедестал всегда найдутся желающие….

……

В пожарном порядке, на рубеже 3117 года, на экстренное заседание собралась новая Государственная Дума, с ещё более «крутыми» «мудрецами». Вопрос на повестке дня стоял прежний: спиваются, буянят, бунтуют. … Глава республики поставил вопрос «ребром», подчинённые протрезвели и привычно стали наводить порядок по старым, дедовским рецептам. … Снова всё запретили (вековая традиция, же!), не подумав о последствиях. …  Круг замкнулся. … «Паровоз» покатился по «накатанной колее» в сторону кладбища, только пассажиров уже заметно поубавилось.  Да и тем «счастливчикам», которые на вагонных полках пристроились, «билет» только в один «конец» выдали. … То, что «семафор» давно закрыт, никто не заметил или сделал вид, что «в упор ничего не видит».  … А плевать!  «Пьяному море по колено»! … История повторилась фарсом….

Непонятно только глупым гражданам, для чего надо было столько народа на «тот свет» отправлять, чтобы, через сотню лет, в тысяча первый раз «дойти до полной  кондиции» и «выпасть в осадок» на «исходную точку»? … В чем смысл маневрирования? … К тому же, что самое интересное, никто из всей этой компании новых и старых «пивоваров», так и не понял одну простую истину: запретами в той стране  ничего не решить! … Получится даже не «как всегда», а гораздо … ху…, не пугайтесь, … хуже.

Послесловие.

По улице шли два мужика интеллигентного вида. Решили, после окончания рабочего дня, блюдя строго старые традиции, пропустить по кружечке пенного-ячменного. В рюмочной негде было протолкнутся от пьяных физиономий. В баре, только за вход, взимали такую плату, что никаких денег не хватит на «посидеть», да и цены, после реформ судьбоносных,  «кусались» не хуже собак бешенных. В остальной округе, даже в телескоп, других «культурных заведений» для возлияния, не наблюдалось. Равно как, напрочь, даже за дополнительную плату, отсутствовали в природе, совершенно противоположные, то есть антогонистичные «центры опорожнения», для «выливания» переваренного.  … Пришлось рисковать жизнью и репутацией.

Купили по «баночке» (пятьсот деревянных единиц  за штуку), устроились на лавочке. Тихо беседовали «за жисть», пивко мирно потягивая. Песен не орали, матерных слов не употребляли, на траве не валялись, под кустами не оправлялись, с кулаками на прохожих не кидались, мин-фугасов в урны не закладывали. … Вдруг, откуда-то, словно из-под земли, с автоматом наперевес, «нарисовался» страж порядка грозного вида. … Наверное, был в засаде на террористов. … Но тут, «дело», сами понимаете, оказалось куды серьезнее, опаснее, аморальнее. Если постараться «раскрутить» злодеев, то звезда очередная на погон, точно гарантирована! … Но, как очевидно, силы-то оказались неравны: на стороне злодеев было десятикратное превосходство в силе и боевой технике. Возможно даже, злоумышленники были вооружены … авторучками с ядовитыми перьями.

Пришлось вызвать ОМОН, подключить  СПЕЦНАЗ и прокуратуру. … Вляпались, голуби сизокрылые! … Попались, уголовнички со всеми неопровержимыми уликами и бандитскими намерениями на месте жуткого шабаша! … Наказанье за преступление против государства, порядка демократического, нарушения морали, нравственности, общественного спокойствия – неотвратимо! … Естественно, блюстители, храбро скрутил мужиков, разбили им очки, приковали к дереву наручниками, чтобы не сбежали супостаты.

… Началось расследование. … Пинкертоны  немедленно  произвели сложные математические выкладки на калькуляторе и манипуляции с рулеткою. Оказалось, что это беспредельщики сидели в 99 метрах 99 сантиметрах от  какого-то детского заведения. … Жуть! …Тем самым, в умыслах коварных, спаивая примером недостойным, подрастающее поколенье. … А децибелы от звука разговора мешали плодотворно работать чиновникам из соседнего административного заведения. Вид этих двух «алкашей», пьющих пойло, их так расстроил, так расстроил…, что они, от возмущенья, напряжения, вибрации, в порыве негодования, забросили все свои бумаги, ушли глотать обезболивающее и пить чай с сушками. В результате чего, не успели подготовить сводки для мэра. Тот опоздал с отчётом, «на ковёр», к губернатору. Губернатор не представил важную статистическую справку в правительство. А Премьер, по причине этого безобразия, сорвал секретный доклад о положении в стране самому  Президенту. Да, до кучи, пришлось отложить выступление Спикера на Думе Государственной из-за отсутствия полной отчетности. В итоге, важный закон отклонили и «послали» … на доработку. Хозяйство-транспорт, ввиду отсутствия ценного указа, замерли в кризисе. … Жизнь в стране оказалась полностью парализованной. … Тут не тюрьмой-нарами «пахнет», даже на «пожизненное» или «смертную казнь через повешенье» не тянет. … Бери выше, штрафом в 1.000.000.000 долларов грозит! … Катастрофа!

Пришлось вступить со стороной законников правопорядка в переговоры срочные, на высочайшем дипломатическом уровне. … О морали, нравственности как-то сразу было забыто. … Никто ничего не видел, не слышал. … Сторговались на ста баксах с каждого «рыла» паршивого «ботаника», принятии искренних извинений и глубоких раскаяний «вшивых интеллигентов». … Пиво, конечно же, как вещественное доказательство, было безжалостно конфисковано для уничтожения, полной утилизации и дегазации. … Сомневаетесь? … Не мучайтесь напрасно. Спите спокойно. Всё точно. Сам видел: «в пропасть выбросили» и актом запротоколировали!… Так ему и надо, преступнику! … Жаль, … мало реквизировали. На всех «борцов» не хватило. … Тоже не беда: за «Блинским» шустро сбегают.

На том, «дело» о государственном заговоре против Федерации, президента, правительства, депутатов, губернатора и мэра, к всеобщему удовлетворению, закрыли.  … И, слава богу, что все так мирно устаканилось. … Теперь — за все самое наилучшее — можно спокойненько тяпнуть рюмашку  минералки «Русской», «заложить за воротник» артезианской водички «Столичной» и занюхать карамелькой «Букет осени». … Ху! … Хорошо прошла, стерва. … Кристальная вода, пропущенная для нашей безопасности через угольные фильтры, как гласит всезнающая реклама, даже шестидесяти градусов от роду, мозги прошибает капитально. … После первой и второй  — перерывчик небольшой. … Чтоб не последняя! … Ну, поехали! … Поправили голову? … Вот и замечательно! … Осталось только решить один, самый последний вопрос:

— Кто, вы все и мы все, после этого бардака, будете?

Ответ напрашивался сам собой, и решил я загнуть глубокомысленную, нравоучительную философию о вреде «зелёного змия». … Но не успел фразу закончить, включаю телевизор, а с экрана доносится:

— ВЕЛКОПОПОВИЦКИЕ КОЗЕЛЫ!!!

……

Внимание! Лицам, не достигшим двадцати однолетнего возраста, употреблять алкогольные напитки строго запрещается! … А рекламу? … Рекламу читать и смотреть можно!  … Закон, с некоторыми оговорками, не против….

 

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 8.7/10 (11 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: +2 (from 2 votes)
Пивопсисимистическая трагикомедия, 8.7 out of 10 based on 11 ratings

Оставить комментарий


Примечание - Вы можете использовать эти HTML tags and attributes:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>